29 проблем или история найнера для чайников.

+ -
+10

I’ve got 29 problems and my bike ain’t got one.


Когда Trek решил опустить бренд Gary Fisher в мусорный бак, живее всех живых был MySpace, доллар считали по восемь, Барак Обама президентствовал первый срок и едва утихло эхо похоронных фанфар по программе Space Shuttle. В те дни в любой велопарикмахерской продавались топовые компоненты для велосипедов на 26" колёсах, а про хорошо забытый 650b вспомнить ещё не успели. Хорошее было время. Люди жили счастливо, радовались жизни, шутили, по-доброму улыбались, пили пунш, переходили на бескамерки и не подозревали о том, что скоро их хрупкое счастье будет разрушено.


Настанет эра стандартов. И не будет в ней никаких стандартов.


Имя X-Caliber известно с  первой половины девяностых. Тот период выдался для крёстного отца маунтинбайка непростым: он дважды продал компанию — сначала сомнительным тайваньцам, а потом и дельцам из Висконсина. Со вторыми отношения завязались явно лучше: Trek выделил Фишеру отдельную модельную линейку и дал полный карт-бланш на эксперименты. Имея колоссальный опыт работы со сталью, Trek сваривал X-Caliber у себя на фабрике в Уотерлу, чем весьма гордился и при любой удобной возможности подчёркивал престиж домашнего производства. Модель создавалась из хромолевых труб True Temper OX-3 с тройным баттингом, которые производились также в США. В зависимости от комплектации, велосипед оснащался ригидной или амортизационной вилкой, шатунами Sugino и смесью компонентов серий Shimano LX и XT. Весило всё это дело вполне респектабельные 10,9 кг и позиционировалось как топовый топчик для кантрийных небожителей. В общем, X-Caliber был ещё тем перцем.


А вот модель с тем же именем, но под вывеской Trek появилась уже в нулевые и претерпела серьёзный дауншифтинг: дважды баттированная гидроформованная алюминиевая рама Alpha Silver, обвес от Acera до неполного XT, разжалование в рядовые и вес 14,5 кг. Обидно, да? Так-то оно так, однако, именно на этот велосипед лягло бремя распространения моды на большие колёса. X-Caliber без приставки Gary Fisher стал одним из первых доступных широкой публике найнеров. Ниже него позиционировался только Marlin, отличавшийся макетом вилки вместо амортизатора, худшей комплектацией и аналогичной рамой, только без баттинга и с дополнительным мостиком между верхними перьями. Зато дёшево. Трековский X-Caliber покрыл потребность широкой публики в больших колёсах и раскрыл их преимущества над стандартом 559 мм для тех, кто хотел, но не мог.


Карта трёхкилометрового спуска гонки Repack. В 1977 году Гэри Фишер установил рекорд  4:22:14, который не побит до сих пор.


Стандарт 26" стал нормой только потому, что во времена становления первых кланкеров у американцев не было возможности импортировать из Европы широкие шины формата 700с. Не имея контактов с поставщиками, они брали покрышки Uniroyal 2.125 для 26-дюймовых крузеров и паяли под них рамы буквально из дерьма. Немаленький Том Ричи (создатель первых горных велосипедов, выполнявший заказы Фишера и промоутера гонки Repack Чарли Келли) их ненавидел, а двухметровый детина Брюс Гордон (ещё один весьма влиятельный фреймбилдер) вообще не поверил в то, что идея горного велосипеда может быть кому-то интересна. Он говорил: «Окей, да, ты можешь прыгать с бордюра на этой штуке, но кому она нужна?».


Как он ошибался! Гордон упустил колоссальный кусок пирога, полагавшийся ему одному. Он был не первый в истории, кто создал полноценный найнер, но был первый, кто правильно сформировал бизнес-пирамиду приоритетов: сначала покрышки, потом всё остальное.


Случилось это в конце 80х. В 1987 году гуру титановых рам (основатель фирмы Merlin) Гэри Хелфрич где-то откопал финские покрышки Nokian Hakkapeliitta 700×47с и Брюс сделал парочку туринговых рам для них. Угол въезда с такими катками острее обычного и колесо легко переезжает через препятствия. Это сейчас данный факт кажется сам собой разумеющимся, а в конце 80х о геометрической проходимости думало немногим больше десятка своенравных уникумов. Тогда было решено заказать партию таких шин. Гонщик Джо Мюррей сделал эскиз и Гордон отправил его факсом на тайваньскую фабрику. Когда заказ был готов, шинами заинтересовались итальянцы Bianchi и сделали прототип велосипеда 700с под названием Project 7.


На выставке Interbike менеджеры Bianchi не краснея утверждали, что эти шины — их собственная разработка, что приводило Гордона в расстройство. Будучи бизнесменом-одиночкой, ничего поделать с этим он не мог, армия придворных юристов была не по карману. Его успокаивало лишь то, что надпись на боковине могла дать понять думающему клиенту, что кое-кто здесь нечист на руку. На ней было написано «Rock’n'Road». Так называлась модель велосипеда на 29-дюймовых колёсах.



Брюс Гордон выпускал серийные модели под заказ. Модель Rock’n'Road должна была стать первым коммерчески успешным найнером и отчасти ей это удалось. Но лишь отчасти.


У прототипа Bianchi между покрышкой и короной вилки было всего пару миллиметров клиренса. Гордон указал на это менеджеру Биллу Хорнеру, на что получил еврейский ответ:


— Ты знаешь о ввозной пошлине?
 — Да, я знаю о ввозной пошлине. Я сам поставщик.


Причина такой странной геометрии была в том, что согласно закона, ввозимые в США велосипеды должны были комплектоваться покрышками шириной до 40 мм. Тогда налог составлял 5,5%. Если ширина покрышек превышала 40 мм, пошлина увеличивалась до 11%. Кто-то из крупных американских производителей заплатил конгрессмену, чтобы тот протащил проект в защиту эмерикен-мейд крузеров о 26 дюймах.


Звучит, как анекдот, но это были не шутки. Чтобы вы понимали масштаб абсурда, когда Фишер начал импортировать велосипеды из Азии, они приходили обутые в покрышки шириной меньше 40 мм. Уже по прибытии в США коробки вскрывались и на обода устанавливались «правильные» зубатые шины. Таким образом Фишер обходил дурацкое постановление правительства и экономил деньги.

В Bianchi по-своему обошли данный факап государственной машины, не оставив практически никакого грязевого клиренса для Project 7. У таможенников не находилось манёвра для притязательств:


— Двадцать шесть?
 — Двадцать шесть!


Прототип в таком виде пошёл в тираж.


В 1993 году появилась воздушно-масляная вилка RockShox Mag 21. В ту эпоху необходимость амортизации вообще стояла под вопросом, о чём пестрели заголовки журналов. Но Брюса Гордона, слегка двинутого и совсем не слегка узкомыслящего любителя ригидных дорожных турингов, эта идея заинтересовала — интересом был велосипед Rock’n'Road. Вилка с магниевыми штанами выпускалась в нескольких версиях с ходом 50 и 63 мм (в исполнении LT) и подходила только для 26-дюймовых колёс. Гордон написал в RockShox с просьбой сделать модель с удлиннёнными ногами для использования колеса с посадочным диаметром 622 мм, но там в ответ только покрутили пальцем у виска. В итоге заказанная на фабрике Panaracer партия покрышек в количестве тысяча штук осела в чулане на долгие 25 лет, пока в волосы Гордона не ударила седина и он не вспомнил, что бережно хранящимся шинам неплохо бы и дать какое-нибудь применение. Он успешно продал всю партию и заказал потом ещё несколько. И снова их продал. А потом ушёл на пенсию.


Интересно, что на момент формирования заказа разница в цене между тайваньскими и японскими шинами составляла всего пять долларов. Падкий на всё хорошее, Гордон не задумываясь проголосовал кошельком за Страну восходящего солнца. Как выяснилось, не зря. Шины пребывали в прекрасном состоянии: за четверть века они не иссохлись и не потрескались.


К сожалению, Брюс не нашёл заинтересованности в 29-дюймовых колёсах у крупных воротил и дело застряло. Следующая масштабная попытка совершить переход к новому стандарту была предпринята аж через 8 лет рыжим парнем с фамилией на букву «Ф» и для этого ему пришлось повторить шаги, предпринятые Гордоном. Это сейчас за Фишером признают талант визионера. В начале нулевых в его адрес точно так же крутили пальцем у виска, как в девяносто третьем в RockShox отреагировали на странный запрос некоего Брюса из Петалумы.



Джефф Эппс и его Cleland Aventura.


Десятью годами ранее по ту сторону океана британский мотоциклист Джефф Эппс искал возможность насладиться ездой по бездорожью в тишине. Он отлично владел навыками вождения мотоцикла по пересечённой местности, но не любил рёва мотора на природе. Он нуждался в горном велосипеде. В своих поисках Эппс собрал франкенбайк на основе дорожного велосипеда Raleigh Explorer (в который влазили 24-дюймовые колёса), воткнул рандоннерские обода французского стандарта 650a (37×590 мм), длинную вилку под 27" колесо, исполинских размеров руль и 36-зубую звезду от мопеда. Поиски продолжались.


Найти в Британии рамодела, готового воплотить дикие фантазии Эппса не было. Но он нашёлся. И даже не один. Сначала это был маленький семейный бизнес Dee из Эмершема, Букингемшир — из-под чьего пера в 1979 году вышел в свет первый прототип Cleland. Двумя годами спустя, Эппс связался с Джереми Торром из Телфорда, внёс изменения в конструкцию, и в начале 1982 года начали появляться велосипеды Cleland Aventura на колёсах 650b. Был среди них и найнер.



Прототип Cleland Aventura на колёсах 700с. Злая резина, передний щиток и полноразмерное заднее крыло недвусмысленно намекают, что Эппс не боялся тёплой и грязной британской зимы. 

 

В письме к изданию bikebiz.uk Джефф Эппс писал:


— На фото изображён ранний прототип Aventura (1981/82). На нём установлены колёса 700с. В каталогах Nokian эти шины были представлены уже в 1979 году, но достать их было очень тяжело. Я не сдавался, потому что был уверен, что они хорошие. Я построил всего один велосипед на колесах 700с и выслал несколько покрышек почтой Чарли Келли и Гэри Фишеру, которые к тому времени уже подготовили подходящую раму. Кататься на больших колёсах им понравилось, особенно в сравнении с 26-дюймовыми. Кроме того, они с успехом на них участвовали в гонках. В общем, 29-дюймовые колёса были отличным решением. Но это были единственные покрышки такого типа и размера во всём мире. Другого выбора просто не существовало. К сожалению, наладить поставки было почти невозможно.




22 января 1981 года. Чарли Келли и Гэри Фишер пишут письмо Джеффу Эппсу с просьбой прислать ещё несколько покрышек Hakkapeliitta.


В число любителей большеколёсной альтернативы из южно-калифорнийской тусовки входили рамоделы Чарли Каннингем и Уэс Уильямс. По словам Марка Слейта из компании WTB, Каннингем катался на велосипеде с передним колесом 700×35c ещё в 1978 году и причина тому — оглушительно большой вес двух 26-дюймовых бубликов от дорожного крузера. Суммарный вес этих колёс со стальными ободами и покрышками Uniroyal составлял без малого 8,6 кг. Посмейтесь теперь над гейлайтом.


Что до Уэса Уильямса, то он переехал в Калифорнию из Техаса в поиске счастья на закате гонки Repack в 1983 году и стал первым рабочим по найму для Скота Никола, основателя фирмы Ibis. Впоследствии он проработает в ней 10 лет и весь этот период будет всеми силами пиарить то, что мы сейчас называем найнером. Немного освоившись в Калифорнии, он вошёл в тусовку кланкеров и с большим интересом пробовал всё новое. Не обошёл его стороной и велосипед Гэри Фишера и Чарли Келли с покрышками Nokian Hakkapeliitta 700×47с от некоего Джеффа из Британии. Впечатлившись, Уильямс даже умудрился раздобыть те самые покрышки, однако случилось это аж в 1988 году. А пока восьмидесятые едва взошли на календарь, ему приходилось довольствоваться шинами 700×38с, на которые впоследствии пересел и Чарли Каннингем. Уильямс был одержим идеей больших колёс. Он настолько заколебал своё руководство, что Ibis даже назвал свою циклокроссовую модель Hakkalügi в честь той самой покрышки Nokian, хотя и оснащалась она в стоке французскими шинами Michelin 700×30c.



На фото в журнале 1991 года изображён Уэс Уильямс со своим любимым „Скорчером“. С восстановленной рамы Motobecane были спилены и пройдены напильником все напайки и крепления, к задней втулке Уэс прикрепил звезду от BMX, вынос с нормальным шоссейным углом (73°) заменил на горный с крутым подъёмом, а руль снял на свалке с какого-то ржавого крузера.


Если бы не тупиковая ситуация с поставками, возможно, что найнеры стали бы стандартом для горного велосипеда с самого начала его истории. Большие колёса не только лучше перекатывались через препятствия, но и банально экономили вес.


Эппсу не удалось сдёрнуть индустрию с мёртвой точки. Если Гордону не дала поймать птицу счастья за хвост коммерческая целесообразность, то его британский коллега упёрся в консервативное мышление соотечественников, которые каждую его идею воспринимали с нескрываемой иронией:  „Смотрите, опять этот чудак экспериментирует с колёсной базой, слопинговой рамой, большими колёсами и манетками грип-шифт!“.


Впрочем, и Брюса Гордона воспринимали как фрика. Известный своим злословием и упрямством, американец не раз демонстрировал совершенно непроходимую несгибаемость, что отталкивало от него людей. Позже из этого родится мем: поиметь в коллекции значок с надписью „Bruce Gordon was rude to me“ станет большой честью. Но это мелочи в сравнении с тем, какой фурор мог произвести каждый из этих уважаемых джентльменов при должном везении и сопутствующем успехе их предприятий. Маркетинг тогда был не везде: табак, алкоголь, автомобили, мотоциклы Harley-Davidson, электронику — их продвигали белые воротнички. Горный велосипед пока был слишком мал и продвигали его в мир любители, чернорабочие, люмпены, энтузиасты и профессионалы других профессий, люди упрямые и несдержанные. Джобст Брандт, Брюс Гордон, Кит Бонтрэгер, Джон Финли Скотт — только этой четвёрки хватит, чтобы написать подробный психиатрический справочник. В противоположность им, Гэри Фишер всегда был деликатен и открыт в общении. Возможно, что именно это качество помогло ему преуспеть в продвижении инновационных идей. Иногда имидж приносит действительно немалые дивиденды.


Про Скотта стоит рассказать отдельно. Несмотря на то, что все дифирамбы по созданию первого в мире горного велосипеда поют Джо Бризу, велосипед „Вудси“ Джона Финли Скотта появился в год, когда Джо Бриз появился на свет — в 1953 году.


Том Ричи описывает его как совершенно неадекватного, надрывного человека, способного осыпать проклятиями при любом удобном случае, стоило только найти зацепку. Она всегда находилась. Его социальный портрет барахтался между понятиями „мизантроп“ и „нигилист“, что усиливалось вполне подходящим родом деятельности: Скотт работал профессором социологии в Калифорнийском Университете в Дейвисе. То ли от неудачного детства, то ли от избытка ума, Скотт намеренно настраивал себя против всех и ставил себя в позицию врага общества. Частным проявлением этой позиции была, например, наклейка „No Campagnolo“, какой Скотт щеголял в середине семидесятых, когда имидж итальянской компании перерос в своеобразную форму религии и любое негативное слово в её адрес воспринималось настоящим богохульством. У Скотта была идея-фикс. Он хотел проехаться по каждой грунтовой тропинке во всём штате и для этого ему нужен был горный велосипед.


Каким бы тяжёлым ни был характер профессора социологии, тем не менее, он приложил немало усилий для развития велосипедной движухи в шестидесятые и был влиятельной фигурой, к которой прислушивались. Боялись, плевались, но прислушивались. Так, например, он организовал заезд гран-фондо Davis Double Century, который проводится по сей день.


Каждый раз, когда Скотт встречал Тома Ричи, он едва ли не срываясь на крик „приказывал“ ему создать велосипед на колёсах 650b. Так продолжалось без малого пять лет. Джон Финли Скотт тоже не оценил 8,6-килограммовые колёса на стальных ободах с покрышками Uniroyal. Легендарный Том Ричи, пожалуй, был самым опытным рамоделом среди всех мастеров тусовки Marin/SoCal и умел облегчить велосипед не в ущерб долговечности, в чём не раз убеждался инженер Porsche Джобст Брандт, имевший привычку превращать свой любимый Cinelli в груду бесполезного металлолома. В конце семидесятых обыкновенное колесо 650b показывало на весах что-то между 2,2 и 3,1 кг и это было несомненным прогрессом в сравнении с колёсами крузера о 26 дюймах. Но даже имея самый лёгкий велосипед в тусовке, Ричи не мог выйти из восемнадцати килограмм. Как видите, до топового X-Caliber (26") 1996 года с его впечатляющими даже на сегодняшний день 10,9 килограммами было удручающе далеко. На таком велосипеде нельзя было ездить вверх, а трёхкилометровый спуск с вершины к подножию вызывал такое сильное трение в задней втулке, что смазка попросту испарялась и втулка нуждалась в полной переборке. Отсюда и пошло название гонки «Repack» («Перебери», англ).


Именно благодаря неадекватному социопату Том Ричи сам пересел на велосипед 650b. Ричи создал этот велосипед «на отвали» и шутка ли? Это стало катализатором развития.


Иногда у жизни странное чувство юмора. В 2006 году Джона Финли Скотта нашли убитым в своём доме. Ему было 72 года. После расследования обвинительный приговор зачитали человеку по имени Чарли Каннингем. Убийцей был не тот Чарли Каннингем, который вместе с Марком Слейтом создал фирму Wilderness Trail Bikes, а его тёзка-однофамилец. И тем не менее, иронично, что человека, начавшего путь инноваций с неумелых попыток отойти от формата 26", стёр с сего плана бытия человек, носивший имя учредителя фирмы, чьё изобретение в итоге уничтожило этот формат. Не ищите здесь логику.


Афиша гонки Repack стала символом. Теперь это изображение увековечено в камне в городке Фэрфакс, Калифорния.


В 1988 году пути Гэри и Чарли снова пересеклись. Фишеру понадобился опыт Каннингема по соединению несоединимого: он планировал вывести на рынок хардтейл CR-7, у которого передний треугольник должен был быть выполнен из алюминия, а задний — из стали. Идея простая: максимально жёсткий перед позволяет добиться высокой точности управления и немедленной реакции на манипуляции рулём, а стальные перья помогли бы обеспечить комфорт, недоступный на полностью алюминиевой раме. Казалось бы, что может быть проще? Сказать всегда легче, чем сделать. Это настоящий геморрой на сраке. Чтобы подобным образом соединить две части из разных металлов, нужно прибегнуть к изощрённым хитростям, которые знал и умел применять Чарли Каннингем. Фишер стал частым гостем в компании WTB. Она даже начала спонсировать гоночную команду Гэри.


В том же году Уэсу Уильямсу улыбнулась удача в поиске пресловутых финских покрышек Hakkapeliitta. Уже занимающий должность головного рамодела в компании Ibis, он создал раму Mountie, прицепил к ней колёса и появился на пороге офиса WTB.



Mountie Уэса Уильямса, принадлежавший Бобу Пуру.


Идея велосипеда с большими колёсами опять взбудоражила умы южно-калифорнийской тусовки. Марк Слейт, Чарли Каннингем, Гэри Фишер, Уэс Уильямс — в головах этих людей застучали кнопки калькуляторов и затрещали бусины счётных досок. До претворения идеи в реальность оставалось десять лет дороги. Главной проблемой было остутствие форм-матриц подобного размера на заводах в Азии. Под знаком вопроса стояла физическая возможность производить на тамошних станках покрышки 2.0» с посадочным диаметром 622 мм, что кроме всего прочего побочно свидетельствовало о плохой осведомлённости. По всей вероятности, они не знали об успехе Брюса Гордона на этом поприще. Кроме того, никто не мог предугадать финансового выхлопа. Будет ли выгодно вкладываться в новый стандарт, который не известно выстрелит ли?


Дело зашевелилось в 1998 году. В каталоге WTB на тот момент числилась довольно неплохая покрышка 26« Velociraptor и Уильямс ожидал от Слейта (который в то время был главный по шинам в компании) чего-нибудь подобного в 29" формате. Но в ходе очередного визита Каннингем показал ему нечто иное. Он продемонстрировал Уильямсу прототип 26-дюймовой шины для кантрийных гонок с маленькими низкими грунтозацепами. Этот протектор планировали перенести на будущую модель Nanoraptor 29". Два фаната больших колёс не могли пройти мимо…


В начале следующего года Уильямс и Фишер получили свои заказы. Уильямс наштамповал серию рам и подключил друга Боба Пура торпедировать интернет форумными обсуждениями про высокие качества нового стандарта колёс. Заиграло сарафанное радио. Что интересно, у Уильямса отсутствовал доступ к интернету. Но он был у Пура, поэтому вся электронная коммуникация между Уэсом и WTB проходила через посредника, который принимал активное участие в обсуждении всего нового. Так, например, Пур начал педалировать тему возвращения к стандарту 650b и увидел перспективу в велосипеде для песка и зимы. Понимаете, к чему всё идёт?


В мае 1999 титановые мастера Moots сделали 29-дюймовый велосипед голове старейшего в мире клуба Crested Butte Mountain Bike Association Дону Куку. Фишер был вынужден ждать заказа кастомной рамы до 2000 года у рамодела Стива Поттса, поскольку сам он постройкой не занимался. Но у Гэри на тот момент был колоссальный админресурс: параллельно занимался разработкой найнера Trek. И пока Фишер был занят тестированием подвески, новой вилки для 26-дюймовых колёс, решал проблемы с переключателями и корпел над выявлением оптимального рецепта геометрии найнера, Trek послушно отвечал на каждый запрос. В 2001 году Trek выкатил свою первую модель под брендом Gary Fisher, но дело не задалось. Не знавшие ничего другого, кроме 26-дюймовых МТБ, консультанты дилерских центров не могли внятно объяснить клиентам зачем нужны большие колёса. Пока Фишер из кожи вон лез, чтобы подтолкнуть Marzocchi, RockShox и Fox к производству вилок под новый стандарт (итальянцы оказались самыми сговорчивыми), продавцы с треском проваливали любую возможность продать что-нибудь из имеющегося у них инвентаря, поскольку не знали, на что способен такой велосипед. Через год портфолио найнеров расширилось, но велосипеды всё равно едва ли могли покинуть стены магазинов. В 2003 году Trek выпустил доступный Gary Fisher X-Caliber в 29-дюймовом исполнении и он тоже продавался из рук вон плохо. Это была катастрофа. В интернете начались клавиатурные баталии и над новым стандартом навис Дамоклов меч.






Gary Fisher X-Caliber 2003.

 

Маркетинговому отделу пришлось сменить стратегию. Было решено возродить старую модель Dual Sport, чтобы напомнить покупателям о слегка подзабытых велосипедах гибридного типа. Они никогда не источали сексапильность и не вызывали вау-реакции, но по крайней мере, то, для чего были предназначены, делали неплохо. После этого покупатель разобрался что к чему и продажи найнеров плавно поползли вверх.


По-настоящему же взорвали рынок синглспид под названием Gary Fisher Rig и Surly Karate Monkey.


Эпилог.


В английской терминологии есть понятие future-proof. Оно называет подход к разработке, направленный на то, чтобы продукт морально не устаревал в течении определённого периода. Инженеры закладывают в конструкцию параметры, благодаря которым он способен не только выдержать испытание временем от физического износа, но и не перестать быть актуальным при постоянном прогрессе стандартов. Он должен вынести тяжесть конкуренции с новыми разработками и капризами моды.


Теперь, когда мануфактуры подстроились под изменчивость рынка, ничто не удерживает фабрики от производства самых необыкновенных покрышек. Каждый может создать свой собственный стандарт для уникальных и доселе невозможных условий использования. В 2004 году Surly придумал фэтбайк 26" и рынок воспламенился. В 2007 Кирк Паченти вспомнил про забытый 650b и теперь это золотой стандарт для горного велосипеда. Позже появился 27,5+ и вот уже каждый бренд предлагает своё видение внедорожника на широких покрышках. В 2016 году Тэд Элсоп придумал 27,5-дюймовый фэтбайк, занимающий нишу между 26-дюймовым фэтом и стандартом 29"+ и вот уже у Trek есть последователи в лице Rocky Mountain, Heller и Salsa. Сколько их ещё будет?


В 2012 году бренд Surly выпустил модель Krampus с колёсами 29×3.0. Посадочный диаметр покрышки обычный: 622 мм, но внешний в зависимости от фактического размера может достигать 31 дюйма. Такими большими колёса не были с эпохи становления концепции «безопасного велосипеда» (safety bicycle), пришедшего на смену пенни-фартингам. Пока что формат 29+ занимает крайне узкую нишу и продвигается усилиями всего пары десятков компаний в мире. Самых видных из них всего четыре: QBP (Surly и Salsa), Trek и Jones. Однако, что-то подсказывает, что те, кто ещё не поверил в успех этого предприятия, будут вскоре кусать локти. Мастермайндом проекта 29+ в Trek является падкий на всё необычное Тэд Элсоп и его детище Stache разлетается, как горячие пирожки. Судя по скудному предложению экземпляров данной модели на вторичном рынке, люди не спешат с ними расставаться. Заложен ли в 29+ элемент future proof? Покажет время. Судьбу 26" уже показало.


И пускай на форумах не угасают покрики #26aintdead, показателем популярности являются массовые модели. Потребность в специфических стандартах будет всегда, но те, кому они необходимы, против своей воли переходят в категорию кастомов или мелкосерийных нишевых решений. Уникальные продукты могут прекрасным образом короновать модельный ряд, быть вещью в себе и играть имиджевую роль. Но именно самые дешёвые велосипеды на Shimano Acera делают кассу компаниям, создающим космолёты. Велоиндустрия — это бизнес. Бизнес должен приносить прибыль.


Эпитафия.


У Trek была модель 3500. Самый дешёвый велосипед марки. В 2015 ему останется всего год до снятия с производства без перспектив к апгрейду компонентов: ни вилок, ни ободов, ни радости, ни счастья. Это последний по-настоящему доступный хардтейл на 26-дюймовых катках. С его исчезновением в крышку гроба стандарта 26" вбит последний гвоздь.


Крузеры долго сопротивлялись.


Когда Trek опустил бренд Gary Fisher в мусорный бак, умер MySpace, доллар подскочил до тридцати двух, на смену первому темнокожему президенту пришёл одиозный белый Трамп и загудели торжественные фанфары по успеху SpaceX. В те дни в любой велопарикмахерской стали продаваться топовые компоненты для плюсовых найнеров и фэтбайков, а про хорошо забытый 26" вспомнить ещё не успели. Странное настало время. У людей лучшие велосипеды, про какие только можно мечтать, но они несчастны. Они сетуют, сыплют оскорблениями, уединяются на синглтреках, не улыбаются, пьют чай, вставляют в бескамерки пенные наполнители и считают дни до того, как их тяжкое горе станет горше.


Колёса были меньше. И трава зеленее.


Автор: Дмитрий Блудов

Добавить комментарий

Автору будет очень приятно узнать обратную связь о своей новости.

Комментариев 0